Русский трофейный штык на винтовку Мосина в ножнах. РЕДКО

Описание:

ОРИГИНАЛ

Русский штык – трофей для немцев.
Большое количество русских штыков немцы получили в битве при Танненберге в 1914 году.
На штыке выбит номер и дополнительные технологические клейма.
Немцы для данных штыков даже наладили производство ножен.

Дополнительные изображения:


Историческая справка:

Впервые в русской армии четырёхгранный штык был принят к пехотной винтовке "Бердан" обр. 1870 г. именно на его базе разработан и поступил на вооружение вместе с винтовкой Мосина в 1891 г. новый штык.

Штык крепился к винтовке при помощи Г-образной трубки и хомутика, стягивающегося винтом.
В виду того, что винтовка пристреливалась со штыком, отсоединять его на время стрельбы не требовалось.
Применялся в различных модификациях винтовки Мосина - пехотной, драгунской, казачьей. Был осуждаем многими из-за "негуманности" увечий - рана, наносимая штыком была явно тяжелее, чем рана от укола штык-ножом, главным образом за счёт глубины проникновения и множественных внутренних кровотечений, которые подчас были малозаметны при беглом осмотре.

Игольчатый штык с четырёхгранным клинком надолго прижился в России. Один из вариантов штыка к опытной самозарядной винтовке 1930 г. В. А. Дегтярёва хоть и имел деревянную рукоять, однако клинок штыка был четырёхгранный игольчатый. Принятый на вооружение в конце войны самозарядный карабин Симонова был снабжён неотъёмным складным четырёхгранным игольчатым штыком. Решение о замене игольчатых штыков клинковыми к магазинным винтовкам для Красной Армии из-за экономии средств так и не было принято.

В условиях позиционной войны эти недостатки стали выражаться еще ярче - в лесу, в тесноте окопа, винтовка со штыком была только обузой. К тому же часто штык ломался в самый неподходящий момент.
В ХХ веке штыковые бои стали уже редким исключением, а потому сама идея постоянно носимого на оружии штыка изжила себя. На первое место выходило удобство оружия, а на его свойства в штыковом бою стали обращать всё меньше внимания. Но в России военные, славящиеся косностью и консерватизмом, долго не могли осознать вышесказанного. Потому уже в конце ХIХ века четырехгранный штык винтовки Мосина стал анахронизмом.
В 1916 году возникли острые проблемы с производством оружия, причем во всех воюющих государствах. Вместе с тем опыт боевых действий наглядно показал, что роль штыка в современном бою резко упала. Именно поэтому в Германии и Австро-Венгрии начали производится так называемые "Эрзац-штыки", сделанные по максимально простой технологии из низкосортных сталей, но гораздо более дешевые и технологичные, чем старые штыки. Россия не стала исключением - в том же году массово идет в производство штык обр. 1916 года. Эта конструкция была не счем иным, как клинковым штыком, крепящимся на оружии подобно обр. 1891 года. Довольно экзотична его форма, более характерная для тюркских сабель с елманью. Вероятно, это стало ответом на неэффективность линейного боя с характерными уколами и выпадами, когда винтовка играла роль пики. Теперь же штык позволял наносить круговые рубящие удары, а на обратном ходу бить боковой поверхностью приклада. Однако колющие возможности старого "русского штыка" были сведены на нет. Зато штык стал проще в изготовлении и заметно дешевле, что и требовалось в то нелегкое время.

В наше время много споров вызывает сопоставление по эффективности игольчатого штыка и штыка-тесака. Четырехгранный игольчатый штык к винтовке Бердан-2 весил 1 фунт и выдерживал, в горизонтальном положении, груз весом в 20 фунтов, закрепленный на конце штыка. Ружейные тесаки к винтовкам Гра, Маузера и Гочкиса весили почти в три раза больше, обладали некоторой универсальностью, но были существенно короче и менее эффективны в боевом применении. К примерно 150 тысячам пехотных винтовок Бердан-2, состоящих на вооружении гвардии, гренадеров и некоторых стрелковых батальонов, был решено приспособить тесаки. В итоге было изготовлено, по разным источникам, буквально несколько сотен таких тесаков. Сегодня они названы экспериментальными и даже коллекционеры их могут увидеть только на картинках.

Битва при Та́нненберге (26-30 августа 1914 года) — крупное сражение между русскими и германскими войсками в ходе Восточно-Прусской операции Первой мировой войны.
В российской историографии данное сражение известно как «самсоновская операция», «самсоновская катастрофа», «операция Гинденбурга».

План Шлиффена (План закрывающейся двери), положенный в основу немецкой стратегии, с которой Германия начинала Первую мировую войну, исходил из предположения, что «паровой каток» русской армии будет пущен в ход с задержкой, необходимой для её мобилизации. Предполагалось, что за это время немецкая армия сумеет нанести Франции тяжёлое поражение и овладеть Парижем, а потом всеми силами обрушится на Россию. Однако русская армия неожиданно быстро начала наступление на Восточном фронте, чем поставила Германию в затруднительное положение.
Русское наступление осуществлялось силами двух армий. От Ковно (Каунас) шла Неманская армия под командованием генерала П. К. Ренненкампфа, а из междуречья Нарева и Вислы — Наревская армия, под командованием генерала А. В. Самсонова. 8-я германская армия под командованием генерал-полковника Притвица 20 августа потерпела поражение в бою под Гумбиненом. А во фланг и тыл ей выходила 2-я армия Самсонова.
В результате Притвиц, боясь окружения, решил начать отступление и оставить всю территорию Восточной Пруссии к востоку от Вислы.

Хронология сражения:

16 августа: Русская кавалерия, наступающая в авангарде 1-й армии, переходит границу Восточной Пруссии.
17 августа: Первое столкновение в ходе кампании - бой при Шталлюпёнене. I немецкий корпус отступает под ударами 1-й русской армии.
20 августа: Сражение при Гумбиннене. 1-я русская армия отбивает немецкие атаки.
20-21 августа: 2-я русская армия пересекает южную границу Восточной Пруссии.
22 августа: Полагая, что немцы разбиты при Гумбиннене, Самсонов (2-я армия) готовится предпринять наступление западнее Мазурских озер, чтобы соединиться с 1-й армией и окружить 8-ю немецкую армию.
23 августа: Гиденбург, новый командующий 8-й армии, и его начальник штаба Людендорф прибывают в Восточную Пруссию.
23-25 августа: На Кёнигсбергском направлении оставлено слабое прикрытие, а четыре немецких корпуса перебрасываются на юг, чтобы атаковать 2-ю русскую армию.
26 августа: Начало сражения при Танненберге. Левый и правый фланги русской армии отходят. Центр русской армии удерживает свои позиции.
27 августа: Русские войска продолжают отступать к Сольдау, Нейденбургу и Хохснштейну.
28 августа: Центр русской армии отступает. Самсонов пытается сконцентрировать войска у Нейденбурга, который занимают немцы.
28 августа: Центр русской армии отступает
29 августа: Немецкие войска отрезают противнику пути отступления на юг и окружают три русских корпуса.
30 августа: Около 60 000 русских солдат попадают в плен; убито и ранено - 70 000 человек (русские данные).
31 августа: Самсонов кончает жизнь самоубийством.

 

Винтовка Бердана № 1 была разработана американским полковником, героем Гражданской войны в США Хайремом Берданом (англ. Hiram Berdan) и усовершенствована русскими полковником А. П. Горловым и поручиком К. И. Гуниусом. Она имела откидной затвор с курком прямого хода. Принята на вооружение русской армии в 1868 году как «стрелковая винтовка», так как ей, с учётом её великолепной, на конец 1860-х — начало 1870-х годов, баллистики, вооружали в первую очередь стрелковые части (организационно отдельную от линейной пехоты лёгкую пехоту, в основном действовавшую в рассыпном строю огнестрельным оружием и избегавшую ближнего боя).

В 1870 году на вооружение русской армии взамен винтовки Крнка и иных остававшихся на вооружении образцов была принята вторая модель — «Скорострельная малокалиберная винтовка Бердана № 2», которая уже имела скользящий затвор[1][2]. Впоследствии она заменила и состоявшую на вооружении русского флота винтовку Альбини-Баранова.

В войска винтовки Бердана № 2 начали поступать с 1871 года, и по мере расширения их выпуска на отечественных заводах постепенно вытесняли винтовки более старых систем.

По состоянию на 1 января 1877 года на вооружении армии имелось[3]:

винтовок Бердана № 2 — 253 152 шт. на вооружении и 103 616 в запасе;
винтовок Бердана № 1 — 17 810 шт. на вооружении и 10 104 в запасе;
винтовок Крнка пехотных — 372 700 шт. на вооружении и 192 866 шт. в запасе;
винтовок Крнка драгунских — 40 597 шт. на вооружении и 192 866 в запасе;
винтовок Карле — 150 868 шт. на вооружении и 51 096 шт. в запасе.
Тем не менее, к началу войны 1877-78 годов большинство частей всё ещё фактически имело старые винтовки; винтовки Бердана были заготовлены в достаточных количествах, однако всё ещё находились на складах в качестве резерва. Командование не решилось отправить людей в поход с незнакомым им оружием, так что в боях начального периода войны русские части имели те винтовки, которые у них имелись на момент её начала и с которыми они практиковались не менее года, а именно: системы Крнка на Балканском фронте, Крнка и игольчатые Карле на Кавказском, Бердана № 1 в стрелковых частях и Бердана № 2 — в гвардии. К январю 1878 года винтовки Бердана № 2 имелись на полном вооружении 21 дивизии, из которых, впрочем, не все были отправлены в район военных действий.

Впоследствии Главное Артиллерийское управление в 1882 году поставило задачу на разработку многозарядной, магазинной или, в терминологии тех лет, «повторительной», винтовки, которая была разработана к концу десятилетия и принята на вооружение в 1891 году. Тем не менее, «Берданка» состояла на вооружении вплоть до полного перевооружения русской армии магазинной винтовкой Мосина.

В 1910 г. в Главном управлении генерального штаба особая комиссия «о распределении артиллерийских запасов», обсудив вопрос об имеющихся в наличии 810.000 исправных берданок с 275 млн вполне надежных патронов, пришла к заключению, что, если снабдить берданками предусмотренные части ополчения, в остатке будет около 400.000 берданок, которые бесполезно загромождают и без того обремененные склады. Поэтому комиссия предложила: состоявшие в излишке против норм берданки изъять из складов, использовав их обращением в охотничьи ружья, на вооружение русского населения на окраинах и русских стрелковых обществ и, наконец, обращением их в лом металла[4].

К началу Первой мировой войны на 4 900 000 солдат армии в войсках и запасе насчитывалось 4 652 419 винтовок и карабинов[каких?], включая запасы на пополнение потерь и 363 019 старых «берданок». Существенная нехватка оружия, обнаружившаяся в ходе Первой мировой войны, вынудила вернуться к вооружению винтовками Бердана.

Также в течение Советско-финской войны 1939—1940 г. финская армия (которая все ещё имела складированные Берданки) из-за нехватки винтовок выдавала эти винтовки своим войскам (главным образом учебным центрам и другим тыловым частям) и иногда финны использовали их также в районе боевых действий. Однако фактическое боевое использование их в советско-финской войне было чрезвычайно редким.